Отношения между родителями

Ребенок осмысляет отношения между родителями. Часть 2

Читать начало статьи.

 

РЕБЕНОК — ЧЛЕН ВОЕННОГО СОЮЗА

Когда оба супруга не имеют чувства общности, совместимых взглядов и планов на будущее, не видят перспективы развития своего я в связи с прогрессом всей семьи, между супругами неизбежно возникает межличностное напряжение. Муж и жена постепенно начинают видеть друг в друге не соратника, а препятствие к реализации собственного образа семьи. Противопоставление себя другому супругу существует как психологический подтекст и проявляет себя в механизмах козла отпущения, в отрицании супруга через ребенка.

Однако в этих случаях супруги, как правило, мало осознают, что они противостоят друг другу, и суть их отношений поэтому проявляется косвенно, символически. Как только такие супруги начинают более четко осознавать свои отношения, у них возникает новый этап: открытая борьба, бескомпромиссное утверждение собственной правоты, стремление пересилить и перехитрить другого. Это может проявляться в открытых обвинениях другого (Это все из-за тебя мы живем в полуразваленной квартире, из-за тебя ребенок плохо учится и т.п.), в уходе от жизни семьи и замыкании в собственном психологическом пространстве (Да пропадите вы все пропадом! Живите, как хотите, а я буду делать то, что мне хочется), а дискредитации супруга в глазах окружающих (Разве с таким человеком возможно жить?) или другими хитроумными способами, с которыми читатель не раз встречался.

Таким образом в семье создается два враждующих лагеря — муж и жена. Ребенок, находясь между двумя воинствующими силами, стоит перед дилеммой — с кем быть? В борьбе родителей за ребенка больше усилий для привлечения его на свою сторону тратит тот супруг, который чувствует себя слабее, беззащитнее. Супруг, объединившись в ребенком, получает большие психологические выгоды от этого. Во-первых, он приобретает иллюзорное подтверждение собственной правоты (Если ребенок вместе со мной, значит я прав!). Во-вторых, присоединение ребенка к одному из супругов — это сильный психологический удар для другого. Иначе говоря, настроить ребенка против стоит хотя бы для того, чтобы супругу было больнее.

Так ребенок становится ценным оружием для семейных битв, и его обладатель всеми средствами пытается удержать сына или дочь на своей стороне. Это и убеждения (Слушай, что тебе мама говорит! Отец всегда навыдумывает всяких глупостей), и подкуп (Если будешь меня слушаться и поедешь со мной на рыбалку, а не в театр с матерью, куплю тебе гоночную машину) и т.д.

В семьях, в которых двое и больше детей, вследствие указанных причин создаются своеобразные альянсы, в которых и муж, и жена имеют своих последователей.

Объектом столкновений между лагерями может быть разное: мать и дочь борются с пьянством, часто преувеличенно воспринимаемым, отца; объявляют войну его непристойным друзьям; борются с его привязанностью к рыбной ловле и т.п. Отец с сыном могут выражать открытое недовольство по отношению к стремлению матери жить светской жизнью; бороться с ее попытками приобщить мужчин семьи к культуре и т.п. Однако в всех этих разнообразных случаях видно общее: попытка показать плохость другого, стремление переложить вину на него за неудачно сложившиеся отношения. Иногда подобная борьба выходит за рамки семьи, и во многих газетах и журналах мы читаем письма родителей и детей с призывом к общественности образумить отца, мать, реже — дочь, сына.

Существование двух враждующих лагерей в семье вынуждает ребенка принять чью-либо сторону: либо защитника (защитницу) матери, либо борца за защиту прав мужчин. Эта ситуация не только внешне сложна, но в первую очередь проблематична внутренне. Эмоциональная напряженность, отсутствие у ребенка чувства безопасности чрезмерно нагружают его — ведь он, ребенок, во-первых, постоянно чувствует тревогу и смятение, боязнь, что он делает что-то не так. Во-вторых, он часто начинает испытывать постоянный подсознательный страх, что его ждет кара за плохое поведение. Все эти обстоятельства могут приводить к серьезным невротическим расстройствам.

Другое обстоятельство, имеющее негативное влияние на развитие личности ребенка, — это искаженное осмысление ребенком роли мужчины или женщины. Дело в том, что мать и отец в начале жизни человека олицетворяют все женское и все мужское, иначе говоря представляют основные модели полов. Особенности отношений детей к ним, осмысление половых ролей закрепляются и долгое время служат точками отсчета при отношениях уже взрослого человека с лицами другого пола. Ситуация, когда ребенок втягивается в борьбу родителей, становится членом военного союза, пагубно влияет на будущие отношения между мужчинами и женщинами. Тут возможны два варианта: либо ребенок по мере взросления не будет в ладах с собственной половой ролью, либо у него не будут складываться отношения с лицами другого пола.

Однако чаще всего происходит и то и другое, так как ребенок наблюдает в семье ненормальные отношения между отцом и матерью (мужчиной и женщиной) и включается в них. Посмотрим, как происходит это в реальной жизни.

Представьте себе семью, в которой в военном альянсе против отца объединены мать и дочь. Постоянное выискивание, что отец сделал не так, в чем провинился, слушание соображений матери по поводу плохости всех мужчин, изо дня в день повторяющиеся эмоционально напряженные отношения с отцом оставляют в чуткой душе девочки неизгладимый след. В итоге образ отца, мужчины, окрашивается в темные тона и становится символом чего-то нехорошего, а это шаткая основа для будущих контактов с противоположным полом.

И если разобраться, как много теряет дочь при таких неудачно сложившихся отношениях в семье!

Отец для дочери (при хороших взаимоотношениях) — это и основа чувства безопасности; именно он дает ей ощущение женственности: на основе общения с девочка строит свой образ мужчин вообще. Первичные, детские представления очень стабильны, и, хотя формы поведения с возрастом меняются, постоянными остаются основные установки на противоположный пол, выражающиеся в эмоциональных переживаниях, импульсивных поступках (с мужчинами приятно общаться или нет, к ним надо приближаться или от них бежать!)

Хотя девочка, повзрослев, встречая самых разных мужчин, начинает смотреть на них, да и на своего отца, не глазами своей матери, а своими собственными, часто ее сознательный, гораздо более осмысленный опыт оказывается бессильным против раннего, детского понимания, первичных отношений с членами семьи. Эмоциональное напряжение, негативные эмоциональные переживания, возникающие при общении с мужчинами, непонятно и незаметно для самой взрослой женщины пророчески возвращают в жизнь то, что когда-то сложилось между ее матерью и отцом.

Негативные установки по отношению к другому полу могут принуждать ее избегать контактов с мужчинами, предвосхищая, что все это добром не кончится, или же пытаться найти идеального партнера или, по крайней мере, мужчину, во всем противоположного отцу. Женщины с подобной историй жизни, как правило, тревожны по отношению к мужчинам, где-то в глубине души убеждены, что от мужчин нельзя ожидать ничего хорошего.

В семейной жизни кроме чисто психологических проблем нередки сложности в половых отношениях. В интимной сфере ярко проявляется неспособность партнера полностью доверять, отдаваться ему. Возникающее напряжение, недоверчивое отношение, иррациональное ожидание чего-то плохого со стороны мужчины как бы блокирует приятные телесные ощущения. Женщина не получает удовольствия от ласки мужчины, близости с ним, или же приятные ощущения не настолько интенсивны, чтобы полностью пересилили чувство психологического дискомфорта. Опыт неполноценной близости еще более отталкивает ее: Все это нужно только мужчине, а не мне. Он просто мною пользуется! Нетрудно догадаться, как далее будут развертываться ее отношения с мужем или мужчинами вообще.

Отношение девочки к отцу и к противоположному полу, возникшее в семье в ситуации двух враждующих лагерей, оказывается сильнее, чем ее сознательный опыт общения. Ранние негативные установки все время проявляют себя в эмоциональных реакциях, а они, в свою очередь, во многом предопределяют поведение уже взрослой женщины, приводят к тому, что и более поздний опыт показывает, что мать была права — все мужчины таковы! Так, казалось бы, безобидное стремление матери вместе с дочерью перевоспитать отца оборачивается для последней жизненной драмой.

Сказанное относится не только к альянсу матери и дочери, хотя он и наиболее популярен. Не менее пагубной оказывается и борьба отца и сына с матерью. Возникающие негативные установки по отношению к матери и женскому полу аналогично искажают отношения молодого человека, становясь причиной многих его проблем.

Своеобразно складываются взаимоотношения в семьях, где ребенок присоединяется к лагерю противоположного пола, например отец с дочерью объединяются против матери, а мать с сыном — против отца. В этих вариантах отношения -детей к другому полу также нарушаются, но несколько иначе. Между отцом и дочерью, матерью и сыном образуются тесные, эмоционально насыщенные отношения, в которых можно заметить и эротический оттенок. Их вражда по отношению к родителю кажется менее интенсивной. Они как бы замыкаются в своих межличностных отношениях, игнорируя третьего, субъективно отвергая его.

Все-таки внутренне ребенок испытывает бурлящие чувства. Во-первых, это агрессия по отношению к родителю того же пола. Во-вторых, это чувство вины, которое возникает у ребенка, как только он начинает осознавать собственные негативные чувства к родителю, а также понимать, хоть и фрагментарно, частично, что, будучи рядом с одним из родителей, занимает место другого. Поэтому ребенок еще сильнее привязывается к родителю другого пола как к защитнику, как к объекту любви и вместе с тем все более ненавидит и боится другого.

В дальнейшем уже взрослый юноша или девушка испытывают громадные сложности, вытекающие из неспособности разрушить чересчур близкие связи с родителем противоположного пола. Близкий друг или спутник жизни подбирается по материнскому (или отцовскому) образцу и постоянно, сознательно или бессознательно, с ним сравнивается. Конечно, подобная связь обречена на неуспех по той простой причине, что двух одинаковых людей не бывает. Разрыву отношений способствуют и теща или свекор, которые, как правило, тяготеют к восстановлению монополизированного эмоционального общения с сыном или дочерью.

 

РЕБЕНОК — ОБЪЕДИНЯЮЩЕЕ РОДИТЕЛЕЙ ЗВЕНО

Трения между родителями, очевидные или заметные, вызывают негативные эмоциональные переживания и других членов семьи. Это относится и к тем случаям, когда ссора, конфликт, негодование прямо не касаются детей, а возникают и существуют между супругами. В реальной жизни семьи практически невозможно — чтобы конфликт или просто плохое настроение одного человека переживались лишь им одним. Известно, что даже новорожденный, если его мать испытывает тревогу, тоже начинает нервничать. Новорожденный не понимающий ни языка, ни значения выражения лица, тем не менее улавливает состояние матери.

Даже дошкольник, не понимая полностью сути родительских разногласий, придает им своеобразный смысл. Однако часто он просто воспринимает, что, когда мама и папа такие, ему плохо, ему хочется плакать, бежать куда-то или сделать что-нибудь злое. Ребенок чувствует психологический дискомфорт, не видит, в чем его причина, не знает средств, как избежать таких негативных переживаний. В этом смысле дети слепы и безоружны. При этом они чрезвычайно чутки к изменению эмоциональной атмосферы в семье и склонные ее изменения связывать либо с происходящими внешними событиями, либо с собственным поведением.

Ребенок, например, чувствует, что, если вместе с обоими родителями пойти играть в теннис или в гости, рядом с ними становиться как-то теплее, что, если их обоих, рассмешить, сделав какую-то глупость, исчезает то неопределенное, неприятное чувство под сердцем.

Таким образом, даже не понимая, что он делает, ребенок ощупью находит способы, устраняющие его психологический дискомфорт, то есть обнаруживает средства, уменьшающие трения между родителями, помогающие всем вместе почувствовать общность, избавиться от эмоционального напряжения. Не всегда эти средства и способы, интуитивно или случайно найденные ребенком, достигают положительного эффекта. Часто за минутное избавление от напряжения ребенок платит большую цену. Однако он этого не понимает и не видит, как не видят и не понимают этого его родители...

 

Объединение родителей посредством болезни ребенка.

Некоторые дети, заболев, наряду с неприятными ощущениями от болезни неожиданно для себя начинают чувствовать и что-то приятное, сладкое, растормаживающее. Дело в том, что ребенок вдруг окружается вниманием и заботой, напряжение во взаимоотношениях родителей куда-то исчезает — оба родителя как бы объединяются у кроватки ребенка: что сделать ему приятного. Что преподнести вкусненького ребенку. Где достать необходимые лекарства. Эти и другие заботы на время вынуждают родителей забыть про собственные ссоры, невзгоды, все начинает крутиться вокруг малыша и его беды.

Ребенок чувствует большие изменения в психологическом климате семьи — оба родителя так много занимаются им, хлопочут, а главное — он с ними вместе! Он с ними обоими! Он не чувствует непонятного ему психологического напряжения от того, что родители ссорятся, недовольны друг другом. Иначе говоря, ребенок испытывает прелести болезни.

Так, неприятная по своему существу болезнь становится для ребенка условно желаемой. Вероятность этого повышается в тех случаях, когда разрыв между неудовлетворительным эмоциональным состоянием ребенка в обычной жизни и выгодой болезни очень большой, яркий, когда недуг ребенка очевидно нормализует взаимоотношения в семье.

В дальнейшем ребенок неосознанно стремится воспроизвести приятное ощущение общности с другими членами семьи, которые он испытал, заболев. Конечно по собственному желанию не заболеешь гриппом или воспалением легких. Механизм возникновения болезни как средства объединения родителей несколько другой и касается не всех недугов. Это относится к тем из них, в возникновении которых психологические факторы играют большую роль. А таких болезней не так уж мало. Мы уже говорили, что ребенок может выработать, например, бронхиальную астму как средство получения недостающей ему заботы и любви. Рассмотрим несколько примеров.

Мать обратилась к психологу за помощью по поводу заикания ребенка — мальчика 8 лет. Занятия с логопедом (год перед обращением) дали хороший эффект. Ребенок хорошо говорил у логопеда и почти не заикался в школе. Но дома ребенок часто так застревал, что не мог выговорить ни слова. Логопед сказал, что это результат нервного напряжения и посоветовал обратиться к другим специалистам, к психологу. При внимательном рассмотрении семейная ситуация оказалась следующей. Мальчик практически не заикался, разговаривая с одним из родителей. Однако, как только между родителями возникал хотя бы незначительный спор, ребенок пытался сразу включиться в разговор с ними, при этом начинал сильно заикаться, часто был неспособным выговорить и слово. Родители в чем-то улавливали связь между заиканием и их отношениями, так как, сразу после того как мальчик начинал заикаться, они обменивались между собой репликами, вроде да перестань же кипятиться, видишь, как разволновался мальчик, Хватит! Потом разберемся. После того как спор затихал, оба родителя принимались за успокоение мальчика.

Очевидно, что мальчик таким поведением добился цели — прервал тревожащее его поведение родителей, получил от отца и матери недостающую ему заботу. Нужно ли этого мальчика лечить от заикания?

Вряд ли. Он умеет справляться со своим недугом. Однако в семье такое поведение ему нужно как средство нормализации психологической атмосферы, она дает ребенку средство контролировать и направлять в желаемую сторону происходящее вокруг. Конечно, такое такое средство уж очень неприятно окружающим да и самому ребенку не на пользу. Но ребенок просто не нашел другого пути... Помочь ему можно: а) нормализовав отношения супругов, б) снизив общую тревожность и уровень возбуждения ребенка, в) показав ребенку (в игре) другие средства, при помощи которых он сможет справляться с ситуацией без демонстрации собственной беспомощности и зависимости.

Подобный психологический механизм может привести к тому, что ребенок окажется, сам того не замечая и сознательно не желая, в плену разных недугов. Он может мочиться по ночам в кровать, испытывать изнуряющие головные боли, показывать родителям полную неспособность заботиться о себе. Часто смысл всего этого — контроль семейной атмосферы и отношения родителей к нему.

 

Объединение родителей посредством выполнения их нереализованных желаний.

Супруги, не удовлетворенные браком почти всегда ощущают бессмысленность серость жизни. При таком настроении время от времени мысли родителей возвращаются к юношеским грезам, когда жизнь им казалась полной ярких красок и приятных неожиданностей, когда в будущем каждый из них видел себя счастливым, преуспевающим. Как контрастирует эта картина с лишенной радости повседневностью! Утрата в свои силы, неспособность подняться над обыденностью определяет общее подавленное эмоциональное состояние, нежелание чем-либо заняться. Человек не видящий жизненной перспективы, слаб и грустен.

Непроизвольно человек возвращается к своему прошлому с вопросом: где сделана ошибка? Кто виноват, что теперь я в таком безнадежном состоянии? Так энергия, которая очень пригодилась бы для реализации себя в теперешней, реальной ситуации, расходуется на самоугрызения, упреки супругу, ностальгическое, но бесперспективное желание, чтобы бывшие мечты сбылись. Но не желание, а конкретные дела строят будущее. А свои действия супруги направили на бичевание друг друга и себя, отчего становится еще грустнее. Иногда в подобной, крайне напряженной семейной атмосфере, наполненной призраками нереализованных родительских желаний, ребенок находит свой способ примирить их с собственной жизнью и друг с другом.

Анна и Томас познакомились в средней музыкальной школе. Он учился в классе фортепьяно. Она — в классе скрипки. Летом, после окончания школы, их чувства друг к другу стали для них важнейшим делом в мире, и они решили пожениться сразу после вступительных экзаменов в консерваторию. Но обоих постигла неудача. Томас пересдал экзамены и поступил на филологический факультет, а Анна, удрученная неуспехом, решила никуда больше не поступать, к тому же в это время она была беременна. Первый год Томас и Анна жили хорошо, однако после рождения второго ребенка (сразу вслед за первым) их отношения испортились и на пятом году совместной жизни речь зашла о разводе.

Приблизительно в то же время родители начали замечать музыкальные способности старшего сына. Мать стряхнула пыль с уже давно забытой скрипки и стала по вечерам учить сына. Отец с удовольствием аккомпанировал ему на пианино. В такие минуты всем было хорошо, все радовались — большая редкость в этой семье. Через некоторое время мальчик поступис в подготовительный класс детской музыкальной школы. Этим родители были очень довольны, постоянно дополнительно занимались с сыном, и постепенно сын в классе стал музыкальной звездой. Разговоры дома все время вертелись вокруг диезов и бемолей. Проблема взаимоотношений родителей как бы снялась, они начали более положительно оценивать свой брак и друг друга.

Что же произошло я этой семье? Может, улучшение отношений мужа и жены естественно — они непостоянны, как и все в этом изменчивом мире, и не надо искать какой-то более глубокой причины? И все же хочется обратить ваше, внимание— на роль первого ребенка в происходящем. Она и впрямь очень велика. Но давайте разберемся по порядку.

Тот факт, что Анна и Томас не поступили в консерваторию , конечно, был для них большим ударом., серьезным препятствием к осуществлению жизненных планов. Однако их любовь друг к другу смягчила эту неудачу — ведь не это главное, ведь все можно поправить в будущем, если мы только этого захотим. Друг за другом родившиеся дети весьма осложнили возможность реализовать их планы и создали условия, в которых оба они могли почувствовать себя несостоявшимися, неудачниками.

Недовольство собой нагнетает напряжение и в супружеских отношениях: неосознанно супруг рассматривается как причина происшедшего: Ведь если бы не он (она), то могло бы быть иначе... Если не семья, то... Вместо того, чтобы искать пути, как наверстать упущенное, или найти новые цели и ценности в жизни, силы тратят на поиски виноватого, на фантазирование, как могло бы быть. Все это в конце концов вызывает неудовлетворенность браком, напряжение во взаимоотношениях супругов.

Очень возможно, что именно так происходило в семье Анна и Томаса. Кризис вызвал второй ребенок, в восприятии матери полностью зачеркнувший ее возможность реализовать себя в социальном плане. В такой ситуации неожиданную услугу семье предоставил первый ребенок. Его рано проявившиеся музыкальные способности стали средством, при помощи которого родители как бы опять приблизились к своим юношеским целям, но не непосредственно, а через сына.

Слова матери это подтверждают: Когда хвалили сына за удачное выступление, я чувствовала, как будто это хвалят меня. Как когда-то, в годы моего музицирования. Понятно, что родители стали ощущать свою жизнь как более осмысленную, больше чувствовать свою близость к сыну да и друг к другу тоже — ведь теперь они компаньоны, вместе с ним идут по тому пути, по которому когда-то шли. В результате отношения между супругами улучшилось, более теплой стала и вся атмосфера в семье.

С точки зрения ребенка, дело происходит несколько иначе. Мальчик рано почувствовал, что его музицирование привлекло внимание родителей, вызвало их восхищение, а также, что часы совместных занятий с родителями приносят ему успокоение — несравнимо более приятное чувство, чем то напряжение, которое он испытывал, когда родители, внутренне бурлящие, но внешне спокойные, обменивались ничего не значащими фразами между собой и с ним, когда атмосфера в семье была подобна затишью перед грозой. Этого оказалось достаточно, чтобы ребенок начал усиленно заниматься музыкой.

Как оценивать этот эпизод жизни с психологической точки зрения? Однозначно ответить тут нельзя. С одной стороны, очевидно, что психологический климат семьи вследствие терапевтического вмешательства старшего сына улучшился, с другой — нельзя не обратить внимания на подводные камни, которые могут сильно осложнить жизнь семьи и старшего сына. А их несколько.

Во-первых, это повышенная ответственность возложенная на ребенка. Когда ребенок занимается каким-то делом: учебой в школе, музицированием, он испытывает интерес, соответствующий его потребностям, ценностям и ситуации, и в зависимости от обстоятельств или достигает успеха, либо переживает неудачу. В случае неудачи он пытается организовать свою деятельность так, чтобы она была более успешной.

Если же ребенок чувствует, что его неуспех несет большое огорчение родителям (что справедливо для вышеописанного случая), то он, как правило. прилагает максимум усилий, чтобы этого не произошло. Образно говоря, такой ребенок и старается за двоих, и напрягается за двоих, и боится неудачи за двоих. Поэтому первое следствие повышенной ответственности — перенапряжение.

Во-вторых, имеется повышенная вероятность застревания на препятствиях, так как чувствительность к неудаче у такого ребенка повышена. Представьте себе. что упомянутый мальчик имеет довольно средние музыкальные способности и при дальнейшем обучении музыке сталкивается со значительными трудностями. В обычном случае встреча с препятствием увеличивает усилия для его преодоления и человек в к с ним справляется. Когда желание достигнуть успеха очень велико, то оно вызывает психическое напряжение, которое уже само по себе дополнительное препятствие. Иначе говоря, чрезмерное желание, повышенная ответственность с высокой вероятностью ведут к неуспеху, особенно при выполнении сложных задач. Более того, когда это случается в подобной семейной обстановке. родители, сильно озабоченные успехами ребенка, прилагают максимум усилий, чтобы ребенок не расслабился, чтобы собрался с силами, чтобы еще больше постарался. Иногда и прямым текстом говоря, что он — последняя надежда, что он не должен огорчать своих родителей. Таким образом, ответственность, возложенная на хрупкие плечи ребенка, растет, а с ней вместе возрастает психическое напряжение, а это, в свою очередь, больше увеличивает вероятность вторичной неудачи.

Так образуется замкнутый круг: повышенная ответственность — чрезмерное психическое напряжение -неудача увеличение ответственности и требований — увеличение психического напряжения — повторная неудача. В этом порочном круге ребенок, особенно при выполнении сложных задач, застревает на возникших трудностях, попадая в тяжелую психологическую ситуацию. Он, с одной стороны, испытывает страх, и ему уже совсем не хочется делать то, к чему он ранее стремился. С другой — чувствует нажим окружающих, обязательства перед родителями: ведь это так важно для них! Часто малыш не может осознать и выразить свой страх, скажем, перед изнурительными занятиями музыкой, так как ему не хочется лишаться уважения к себе и к тому же терять недостающее внимание и заботу обоих родителей.

Ребенок, не сумевший преодолеть препятствий и не имеющий возможности официально и без потери в самоуважении выйти из ситуации, ищет косвенные пути. Безвыходная ситуация иногда решается посредством болезни. У некоторых детей перед занятиями начинает болеть голова, живот, их тошнит, они испытывают другие болезненные симптомы. В остальное время они как бы сглаживаются и вовсе исчезают во летних каникул. Примерно так же выглядит и так называемый школьный невроз, часто сопровождающий детей, с семьях которых возлагаются повышенные требования к ребенку, не соответствующие его реальным возможностям.

Бедные те дети, которым вдолбили в голову что они самые, самые, самые... Вторая отрицательная сторона выполнения их нереализованных желаний кроется в нестабильности подобной семейной структуры. Достаточно ребенку провалиться, идя по пути, предусмотренному родителями, и отношения между супругами опять резко ухудшаются. И дело тут не только в том, что исчезло связывающее их звено. Если раньше другой супруг подсознательно обвинялся в том, что он стал препятствием в достижении личных жизненных планов, то теперь к этому и, присоединиться сознательные и бессознательные упреки за неуспех ребенка.

Если вспомнить семейную ситуацию Томаса и Анны, то она кончилась именно так. Фатально с первого взгляда выглядит то, что старший сын повторил жизненный путь своих родителей: после окончания музыкальной школы он не сумел поступить в консерваторию, женился и отказался от дальнейшей музыкальной карьеры. Более того, он вдруг почувствовал, что ему вообще не нравится публично играть. Родители же вскоре после неудачи сына подали заявление на развод. Крушение их связи, основанной на реализации собственных устремлений посредством ребенка, в определенной мере было закономерным. За весь продолжительный период совместной жизни они все время бежали от более углубленного понимания своих супружеских проблем, закрывали глаза на личные, экзистенциальные вопросы: чего я сам хочу от жизни? Что я могу сделать, чтобы приблизиться к своим собственным жизненным целям?

Дети в семье — дополнение, обогащение жизни двух людей, связавших себя узами брака. Они приносят радость и заботу, которые расширяют любовь друг к другу, делают любовь между мужем и женой более осмысленно, человеческой. Несомненно, что ребенку нужны оба родителя — любящие отец и мать. Однако продолжающаяся десятилетиями жизнь двух эмоционально разъединенных людей ради ребенка часто является тщетной попыткой создать иллюзорный фасад семейного благополучия. Нерешенные проблемы, хотя и спрятанные под девятью замками, влияют на ребенка посредством психологических механизмов: козла отпущения, отвержения супруга через ребенка, ребенка — члена военного союза, ребенка, как объединяющего родителей звена и др. Иногда приходится констатировать, что скрытые супружеские проблемы столь пагубно действуют на ребенка, что выгоды от сохранения брака очень сомнительны.

Во многих семьях время от времени трения, возникающие между супругами, способствуют появлению психологических проблем у ребенка. Решить эти проблемы и, таким образом, помочь ребенку часто просто невозможно без коррекции супружеских отношений.

Семья — единый организм. Нарушение эмоционального состояния ребенка, его плохое поведение, как правило является симптомом других семейных болезней. Самая хорошая профилактика — оздоровление, улаживание супружеских отношений, решение собственных проблем! Они не изолированы, а прямо вплетены в ваши отношения с ребенком. Ваши супружеские и собственные проблемы — не только ваше личное дело, но важный фактор развития личности вашего ребенка.


( 0 голосов: 0 из 5 )


 
213
 
Г.Т.Хоментаускас

© Г.Т.Хоментаускас. «Семья глазами ребенка».

Читать отзывы


Версия для печати

Самое важное

Лучшее новое

Как любить ребенка
Элфи Коэн, психолог
Элфи Коэн, психолог

Обусловленная любовь. Часть 1

Иногда мне бывает приятно подумать, что, несмотря на все ошибки, которые я совершил (и продолжу совершать) в качестве родителя, мой ребенок вырастет хорошим человеком по той простой причине, что я искренне его люблю. В конце концов, любовь все лечит. Все что нам нужно — это любовь. Любовь — это когда не нужно извиняться, что сорвался вчера утром на кухне. Эта успокоительная мысль базируется на принципе, что существует некая штука, под названием Родительская Любовь, некая субстанция, которую можно поставлять своим детям в большем или меньшем количестве (естественно, чем больше, тем лучше). И родителям не нужно учиться тому, как любить ребенка. А что, если это предположение окажется непростительным упрощением? Что, если есть разные способы любить ребенка, и не все они одинаково хороши?

© «Воспитание детей в семье». 2015. Группа сайтов «Пережить.ру».
При воспроизведении материала обязательна гиперссылка на vospit.ru
Редакция — info(гав)vospit.ru.     Разработка сайта: zimovka.ru.     Вёрстка: www.rusimages.ru